Сказка "Оле-Лукойе"

Назад
- {{rating.rating | number}} +

Сказка Ганса Христиана Андерсена

Никто на свете не знает столько сказок, сколько знает их Оле-Лукойе.
Где бывает Оле-Лукойе днем, этого никто не знает, а вот по вечерам он приходит к ребятам. Оле тихонечко открывает дверь и незаметно проскальзывает в комнату. Ходит он бесшумно — в одних чулках, так что шагов его невозможно услышать. На нем надеты шапочка и балахончик. Какого цвета? А неизвестно, потому что они отливают всеми цветами радуги — то желтым, то красным, то лиловым.
Оле на цыпочках подходит к детским кроваткам, брызжет детям в глаза сладким молоком и осторожно дует в затылок. Вы думаете, им больно? Да нисколько, они даже не замечают этого. Просто веки у них начинают слипаться,голова сама собой клонится к подушке, и они засыпают. А как только дети уснут, Оле садится к ним на кровать, на самый краешек, и раскрывает зонтик.
Надо вам сказать, что Оле приносит с собой два зонтика. Один зонтик — пестрый, нарядный, с интересными картинками. Его Оле раскрывает над послушными ребятишками, и им всю ночь снятся волшебные сказки.
А другой зонт — обычный, из черной зонтичной материи. Его Оле раскрывает над капризулями, плаксами и жадинами. И они всю ночь спят как чурбаны и ровно ничего интересного не видят во сне.
Жил на свете хороший мальчик Яльмар. И знаете что? Оле ходил к нему целую неделю и рассказывал сказки — одна интереснее другой.
Вот послушайте-ка!

Понедельник

-Ну, вот, сейчас и начнется сказка,— сказал Оле-Лукойе, когда в понедельник вечером Яльмар наконец улегся в постель.
-Какая сказка? — спросил Яльмар.
-Ну, разумеется, волшебная,— ответил Оле и достал из кармана волшебную палочку.
Он обошел все цветочные горшки и дотронулся палочкой до каждого цветка.
И вот цветы стали расти, расти, они доросли до самого потолка и сплелись там в зеленую беседку. Ветки покрылись огромными бутонами, бутоны расцвели, и в комнате запахло весенним садом.
-Как сладко пахнет! — воскликнул Яльмар.
-Это пахнут пирожки и булочки с кремом,— сказал Оле.— Смотри!
И Яльмар увидел, что рядом с бутонами появились сдобные пирожки и булочки. Поджаристые, с румяной корочкой — объедение! Только Яльмар протянул руку, чтобы сорвать пирожок с изюмом, послышались какие-то жалобные вздохи и стоны.
Оле оглядел комнату и остановился возле письменного стола. Стоны неслись оттуда — из верхнего ящика, где Яльмар хранил учебники и тетради.

-Кто это так стонет? — спросил Оле.
-Ох, ах, это я!
-Да кто ты?
-Я — грифельная доска!
Оле открыл ящик и вытащил на свет грифельную доску.
-Ой-ой-ой, с какими грубыми ошибками решена задача! — Оле покачал головой,— Ничего удивительного, что от такого решения у грифельной доски ломит спину! Гляди-ка, грифель скачет как собачка на веревочке, он хочет ей помочь — да что может сделать грифель сам по себе? Надо ведь, чтобы его поддержали пальцы!
Едва Оле исправил ошибки, задачка сошлась с ответом и доска успокоилась.
Но из ящика опять послышались стоны.
Оле раскрыл тетрадку Яльмара. Боже мой, какие там были буквы! И безногие, и безрукие, и горбатые, и скрюченные, как будто у них болит живот.

-Что это с вами? — спросил их Оле.
-Нас написал Яльмар,— пожаловались буквы.— Он к нам так плохо относится, он совсем не хочет следить за своим почерком.
-Нет, так не годится,— сказал Оле,— Давай-ка займемся гимнастикой. Это укрепит ваше здоровье, и вы сразу же похорошеете.
И представьте себе, после хорошего урока гимнастики буквы стали красавицами — ничуть не хуже тех, что живут в прописях и, между прочим, ужасно этим гордятся.
Но наутро, когда Яльмар сел за уроки, буквы стали такими же уродцами, как и прежде. Какая досада!

Вторник

-Какой интерес вечно сидеть дома! — сказал Оле-Лукойе,— Не лучше ли отправиться в далекие страны?
И Оле подошел к картине: она висела на гвозде над комодом. На картине был нарисован роскошный дворец. Он стоял на берегу спокойной, полноводной реки. Возле самой воды росли огромные ивы, а на лужайке алели крупные маки.
Оле-Лукойе дотронулся до картины своей волшебной палочкой. И что бы вы думали — ветер пробежал по ивам, сморщил воду, маки закачались на тонких ножках, стряхнули на землю капельки росы, в замке кто-то открыл маленькое верхнее окошечко.
-Вставай, лежебока, — сказал Оле Яльмару. — Мы отправляемся в плавание.
-Как в плавание? — не понял Яльмар.
-Сейчас увидишь.

И Оле дотронулся своей палочкой до Яльмара. Яльмар сделался маленьким и прямо с комода шагнул в картину. Под ногами у него была мягкая, теплая трава. Оле тоже переступил золоченую раму и оказался рядом.
Из-за поворота выплыли четыре белых лебедя в золотых коронах. Они везли маленькую лодочку, выкрашенную белой и красной краской.
Оле и Яльмар сели в лодку на красные скамеечки, и лебеди повезли их вдоль живописных берегов. И на правом и на левом берегу росли густые леса. Потом потянулись чудеснейшие сады, освещенные солнцем. Там стояли ослепительно белые з&мки. В одном з&мке отворились окошки. И — вообразите себе такое чудо! — все знакомые девочки Яльмара превратились в прекрасных принцесс. Они высовывались из окошек и протягивали Яльмару замечательных сахарных поросят. Но это еще не все! Оказывается, все знакомые мальчики стали принцами! Они стояли возле белых замков, отдавали Яльмару честь и дарили ему коробки, полные оловянных солдатиков. Так и должны были поступать настоящие принцы, не правда ли?

А потом лебеди провезли Яльмара мимо того города, где жила его старая добрая няня. Она стояла на крыльце своего маленького домика, кивала седой головой, махала платком и пела песенку, которую сама сочинила специально для Яльмара:
Я помню тебя, мой милый, И думаю о тебе. Ты мой голубок ■сизокрылый. Тебя поручу я судьбе. Пусть будет судьба точно няня Для Яльмара моего: Пусть горем его не ранит И пусть приголубит его.
И при этом светило солнце, щебетали птицы и старые ивы кивали, кивали огромными косматыми головами.

Среда

Дождь лил и лил не переставая.
-Что же будет, Оле? — спросил Яльмар,— Ведь он затопит весь город!
-О! Будет очень весело! — сказал Оле.
Он распахнул окно, обе створки сразу, и в комнату ворвался свежий запах моря.
Подумать только — море плескалось у самого окна, а у крыльца стоял на причале великолепный корабль.
-Чей это корабль? — спросил Яльмар.
-Наш,— ответил Оле.— Мы отправляемся путешествовать. Вылезай-ка в окно!
И Яльмар мгновенно очутился на палубе.

Капитан уже скомандовал отдать концы и ставить паруса. Дождь перестал, вышло солнышко. Ветер надул паруса, и корабль поплыл по волнам. Сначала он проплыл мимо ратуши, а после вышел в открытое море, и земля совсем скрылась из виду. Облака разошлись, и было видно, как высоко в небе длинной вереницей один за другим летят аисты. Они были в пути уже много-много дней. Вдруг один аист, который летел последним, стал немного отставать от других. Вся стая летела все прямо и прямо на юг и скоро стала невидимой, точно растаяла в небе. А последний аист, верно, совсем потерял силы. Он летел все медленнее, все ниже. Он был еще очень молодым, сил у него было мало, и долгое путешествие изнурило его.
Он медленно падал, редко взмахивая крыльями, задел за мачту корабля и стукнулся о палубу. Проворный юнга мигом подхватил его и посадил в птичник.

Бедный аист тяжело дышал и просил пить.
Ишь какой! — закудахтали куры.— Только появился — и уже пить. Даже не поздоровался ни с кем. Хорошо воспитан, нечего сказать!
-Веррх непррриличия! — пробурчал индюк.— Никому не пррредставился!
И он надулся и стал величиной с бабушкин сундук.
-Какое может быть воспитание у бродяги! — заметили утки с презрением.
-Может, ты объяснишь почтенному обществу, кто ты такой? — сказали куры.
Аист немного отдышался.

-Я охотно объясню. Я — аист,— Аист учтиво поклонился.— Моя стая направлялась в Африку, но у меня не хватило сил долететь.
-Это что еще за Африка? — фыркнул индюк.— Нет на свете никакой Африки, потому что мне о ней ничего не известно.
-Африка — это такая теплая страна, где никогда не бывает морозов,— продолжал аист,— Там стоят огромные пирамиды. А еще там есть желтые песчаные пустыни. По пустыням бегают страусы. А страусы — это такие птицы, и они умеют бегать еще быстрее, чем рысаки у нас в Дании.
-Глупости! — сказали утки,— Так не бывает.
-Несомненно, глупости,— сказали куры.— Выдумки! Этого никто никогда не видел. Фантазии! Бредни!

Аист замолчал. Ему было очень обидно. Он думал о далекой Африке и о своих братьях-аистах. Его размышления прервал индюк.
-Какие у вас очаровательные ноги, такие длинные! — сказал он с издевкой.— Почем за аршин?
-Кря-кря-кря! — захохотали утки.
Аист промолчал.
-Что же вы не смеетесь? — продолжал издеваться индюк,— Я ведь так удачно сострил. Вы не понимаете шуток?
Яльмар слышал весь этот разговор. Ему было так жалко аиста, эту большую благородную птицу.
-Отойди от них! — посоветовал Яльмар.
Он открыл дверцу птичника. Аист вышел на палубу. Яльмар дал ему попить, и аист совсем оправился.

Он подошел к Яльмару, поклонился ему в знак благодарности, взмахнул своими широкими крыльями и взмыл в небо. Наверно, он полетел догонять свою стаю.
Куры закудахтали, утки закрякали, а индюк опять так надулся, что стал величиной с бабушкин сундук.
-Вы ничего не понимаете! — сказал им Яльмар, — Все равно из вас сварят суп!
Но тут настало утро. Оле надо было уходить, и Яльмар проснулся в своей кроватке.

Четверг

-Вот что,— сказал Оле-Лукойе,— сейчас мы поедем на свадьбу к мышкам.
-Ой! — вырвалось у Яльмара, потому что он побаивался мышей.
-Не пугайся, — успокоил его Оле,— Мышей не следует бояться. Вот познакомься — это фрекен Мышка. Она пришла, чтобы пригласить нас на свадьбу. Сегодня женятся две молодые мыши. У них чудесная квартирка под полом вашей кладовой.
-Рад познакомиться с вами, фрекен,— сказал Яльмар, которого совершенно успокоили слова ОЧе-Лукойе,— Я с удовольствием приму ваше приглашение. Только как я пролезу сквозь дырочку в полу?
-Об этом не беспокойся, — сказал Оле,— Я сделаю тебя совсем малюсеньким... Вот так! Видишь, ты стал крошечным! Но послушай, ты не одет. Не идти же на свадьбу в ночной рубашке, в самом-то деле! Одолжи-ка мундир у оловянного солдатика.
-Ладно, — сказал Яльмар.
Он переоделся в мундир и сам стал похож на оловянного солдатика.

-Прошу вас сесть в мамин наперсток,— сказала Мышка.— Я отвезу вас на свадьбу.
И они покатили на мышиную свадьбу. Проскользнув в дырочку, которую мышки прогрызли в полу, они понеслись по длинному и узкому коридору, празднично освещенному гнилушками.— Не правда ли, тут удивительно пахнет? — спросила Мышка,— Весь коридор по случаю свадьбы вымазан салом!
Наконец-то они добрались до залы, где происходило торжество.
Зала была полна гостей — расфранченных мышиных дам и элегантных мышиных кавалеров. А посреди залы, на красной сырной корке, сидели молодые и принимали поздравления.
Яльмар поискал глазами столы — ведь на свадьбе должны быть праздничные столы! — но их нигде не было. Оказывается, стенки залы тоже были вымазаны салом — это и было свадебным угощением. Гости должны были лизать стенку, а потом еще облизывать усики.
«Вот так так! Что же это за свадьба такая,— размышлял Яльмар, когда фрекен Мышка везла их обратно в спальню,— ни угощения, ни шампанского, ни танцев! И кому это захочется лизать стенки!»
Но все мыши сочли, что свадьба удалась на славу.

Пятница

-Ну как? — спросил Оле на следующий день,— Тебе понравилась мышиная свадьба?
-Вот уж нет! — ответил Яльмар.
-Ну что ж,— сказал Оле,— тогда мы сегодня пойдем на другую свадьбу. Может быть, ты там повеселишься.
-А кто сегодня женится?
-Игрушечный матрос, по имени Герман, сделал предложение белокурой кукле Берте. Берта дала согласие, и вот сегодня состоится торжество.
-Да ведь моя сестра женила их уже сто раз, — сказал Яльмар.
-Пустяки,— возразил Оле,— Сегодня они поженятся в сто первый, и последний, раз. А ну-ка, забирайся на стол!

Яльмар взобрался на стол. Там стоял большой кукольный дом. Окна его светились. Из окон доносилась торжественная музыка. Оловянные солдатики салютовали каждому гостю троекратным залпом.
Оле и Яльмар горячо поздравили новобрачных.
Тут все гости, вместе с ними и вся мебель, запели песенку, которую сочинил карандаш в честь жениха и невесты:

Пусть наша песенка летит
Туда, где парочка сидит.
Они невеста и жених,
Кто может быть краше их двоих?
Их лица из лайки,
Их руки из байки,
А волосы из пакли.
Да здравствует лайка,
Да здравствует байка,
Да здравствует пакля!

Не так ли?После того как подарки были вручены, молодой муж сказал:
-Теперь мы отправляемся в свадебное путешествие.
Чтобы решить, куда ехать, на свадьбу пригласили ласточку —
она много путешествовала — и старую курицу, так как она была очень опытной и уже пять раз высиживала цыплят.
-Надо ехать,— сказала ласточка,— в дальние страны. Там цветут красные розы, плещется теплое море, там голубые горы и восхитительный виноград.
-Нет-нет, — сказала курица,— надо ехать в деревню. Там много песку, в котором можно копаться, а в огороде цветет замечательная кудрявая капуста.
-Но ведь один кочан капусты похож на другой, и это очень скучно,— возразила ласточка.
-Как раз наоборот,— обиделась курица.
-Но здесь холодно, можно замерзнуть,— заметила ласточка.

-Для капусты именно это и полезно, — сказала курица.— К тому же здесь тоже бывает тепло. Прошлым летом у нас целых пять недель светило солнце,— Курица даже прослезилась.— Ну скажите, что приятного в путешествиях? — продолжала она.— Я ведь тоже путешествовала и поэтому могу иметь свое суждение. Я целых двенадцать миль проехала в ящике на возу и не получила ни малейшего удовольствия.
-Да, наша курица тонко разбирается в жизни,— сказала кукла Берта,— Ну какая радость лазить по горам, даже если они голубые! Решено: мы едем в деревню. Мы будет копаться в песке и гулять по огороду, где растет чудесная белая капуста.
На том и порешили!

Суббота

-А какая сегодня будет сказка? — спросил Яльмар.
-Какие там сказки! — проворчал Оле.— Вот тебе зонтик и гляди себе на этих китайцев.
-Почему не будет сказки? — удивился Яльмар.
-Ведь сегодня суббота, банный день. Сейчас я отправлюсь в поля и луга и посмотрю, смахнул ли ветер пыль с листьев, вымыл ди дождик траву. К воскресенью все должно быть вычищено. Потом мне предстоит еще одно очень трудное дело: надо собрать все звезды в передник да хорошенько их почистить, чтобы они ярко блестели. Да вот еще что — надо пронумеровать и звездочки и дырочки, чтобы не перепутать и разложить все по местам.
-Послушайте-ка, вы, господин Оле-Лукойе, — заговорил вдруг висевший на стене портрет,— Я прадедушка Яльмара. Я очень рад, что вы развлекаете мальчика сказками, но нельзя же засорять ему мозги такой чепухой. Снимать с неба звезды да еще и чистить их нельзя, так как звезды такие же планеты, как и наша Земля. Тем-то они и хороши!
-Спасибо тебе, прадедушка, — сердито отозвался Оле.— Спасибо, что научил. Конечно, ты всех старше в этом доме, только я-то постарше тебя. А теперь можешь сам рассказывать что хочешь.
И Оле-Лукойе ушел, сунув свои зонтики под мышку. — Ну, уж и слова сказать не дадут,— проворчал прадедушка. Тут Яльмар проснулся.

Воскресенье

-Добрый вечер! — сказал Оле-Лукойе.
Яльмар тут же вскочил с постели и повернул прадедушкин портрет лицом к стене, чтобы он опять не испортил сказку.
-А теперь,— сказал Яльмар,— расскажи мне сказку про пять зеленых горошин, которые родились в одном стручке, и про штопальную иглу, которая воображала себя тонкой иглой для вышивки, и...

-Тсс...— сказал Оле-Лукойе.— Как-нибудь в другой раз. Ты можешь повесить прадедушкин портрет на место, потому что я пришел проститься с тобой. Я приглашен сегодня к своему старшему брату. Его тоже зовут Оле-Лукойе. Но он приходит к людям в жизни всего только раз. Впрочем, это уже другая, взрослая сказка. Я расскажу ее тебе, когда ты подрастешь.

  • Источник: Cказки Андерсена
  • Дата:

Добавление комментария

Авторизуйтесь для добавления комментария

Вход

неверный пароль

неверный пароль

Запомнить меня

жмакни

Регистрация

Зарегистрируйтесь на krokha.ru, чтобы участвовать в конкурсах, писать комментарии и посты в блогах, выигрывать лоты на аукционе и многое многое другое

Зарегистрироваться